1
الأمير الصغير / Маленький принц — на арабскай і рускай мовах

Арабска-руская кніга-білінгва

أنطوان دو سانت إكزوبيري

الأمير الصغير

Антуан де Сент-Экзюпери

Маленький принц

ترجمة: يوسف غصوب

إلى ليون فيرس

ЛЕОНУ ВЕРТУ

أقدم اعتذاري للأطفال لأني أهديت هذا الكتاب لأحد من الكبار. لكن لي عذري الجاد في هذا: ألا وهو أن هذا الشخص من الكبار هو أفضل صديق لي في هذا العالم. ولي عذر آخر: أن هذا الشخص من الكبار بوسعه أن يتفهم كل شيء، بما فيه كتب الأطفال. ولي عذر ثالث: أن هذا الشخص من الكبار يسكن في فرنسا حيث يعاني من الجوع والبرد. وهو بحاجة لمن يواسيه.

Прошу детей простить меня за то, что я посвятил эту книжку взрослому. Скажу в оправдание: этот взрослый — мой самый лучший друг. И ещё: он понимает всё на свете, даже детские книжки. И, наконец, он живёт во Франции, а там сейчас голодно и холодно. И он очень нуждается в утешении.

ولكن، إن لم تكفي كل هذه الأعذار، فإني أرغب تقديم هذا الكتاب لهذا لطفل الذي كانه يوماً ذاك الإنسان الكبير. لأن كل الكبار كانوا ذات يوم أطفالاً. (وإن كان القلائل منهم يتذكر هذا). لذلك أصحح إهدائي الذي أقدمه:

Если же всё это меня не оправдывает, я посвящу эту книжку тому мальчику, каким был когда-то мой взрослый друг. Ведь все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит. Итак, я исправляю посвящение:

إلى ليون فيرث حين كان طفلاً صغيراً.

ЛЕОНУ ВЕРТУ, КОГДА ОН БЫЛ МАЛЕНЬКИМ

1

ГЛАВА ПЕРВАЯ

رأيت، وأنا في السادسة من عمري، صورة رائعة في كتاب عن «الغابة العذراء» يدعى «قصص حقيقية» وكانت الصورة تمثل ثعباناً (بوا) يبتلع وحشاً. في أعلى الصفحة نسخة عن تلك الصورة.

Когда мне было шесть лет, в книге под названием «Правдивые истории», где рассказывалось про девственные леса, я увидел однажды удивительную картинку. На картинке огромная змея — удав — глотала хищного зверя. Вот как это было нарисовано:

وقرأت في الكتاب: «أن الثعابين تبتلع فريستها بالكامل، من دون أن تمضغها، فإذا ابتلعتها عجزت عن كل حركة ونامت مدة سّتة أشهر حتى تنتهي من هضمها.

В книге говорилось: «Удав заглатывает свою жертву целиком, не жуя. После этого он уже не может шевельнуться и спит полгода подряд, пока не переварит пищу».

وبعد أن فكرت ملياً فيما يقع في الغابات من الحوادث أخذت قلماً فيه رصاصة ملونة وخططت أول رسم رسمتُه وهو كما ترى.

Я много раздумывал о полной приключений жизни джунглей и тоже нарисовал цветным карандашом свою первую картинку. Это был мой рисунок №1. Вот что я нарисовал:

ثم أريتُ باكورة فّني الكبار من الناس (أعني الكبار في السن) وسألتهم قائلاً: أما يخيفكم هذا الرسم؟

Я показал моё творение взрослым и спросил, не страшно ли им.

فأجابوا: متى كانت القبعة تخيف الناس؟

— Разве шляпа страшная? — возразили мне.

ما كان رسمي يمّثل قبعة بل ثعباناً يهضم فيلاً. ثم رسمت باطن الثعبان عسى أن يفهم الكبار فإنهم في حاجة دائمة إلى الإيضاح. وكان رسمي الثاني كما ترى.

А это была совсем не шляпа. Это был удав, который проглотил слона. Тогда я нарисовал удава изнутри, чтобы взрослым было понятнее. Им ведь всегда нужно всё объяснять. Это мой рисунок №2:

فلما أبرزته لكبار الناس تنصحوا لي بأن أدع جانباً رسم الثعابين من الخارج والباطن وقالوا: الأفضل لك أن تعنى بدرس الجغرافية والتاريخ والحساب وقواعد اللغة، فأهملت، وأنا في السادسة من عمري، مستقبلاً باهراً في فن التصوير لأن رسمي الأول والثاني لم يروقا كبار السن.

Взрослые посоветовали мне не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри, а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием. Вот как случилось, что шести лет я отказался от блестящей карьеры художника.

إن هؤلاء الكبار لا يدركون شيئاً من تلقاء نفوسهم فلا بد للصغار من أن يشرحوا لهم ويطيلوا الشرح ويك رروا. ولا يخفى ما في هذا من التعب والعناء.

Потерпев неудачу с рисунками №1 и №2, я утратил веру в себя. Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им всё объяснять и растолковывать.

اضطررت إلى اختيار مهنة أخرى، فتعّلمت قيادة الطائرات و طرت هنا و هناك في مختلف أنحاء العالم. ومما لا ريب فيه أن الجغرافية كانت لي خير معوان في طيراني،

Итак, мне пришлось выбирать другую профессию, и я выучился на лётчика. Облетел я чуть ли не весь свет. И география, по правде сказать, мне очень пригодилась.

فكنت أف رق ،لأول وهلة، و من دون أي تردد، بين بلاد الصين و أريزونا. و في هذا فائدة جّلى ولا سيما إذا ضلّ الطائر طريقه في الليل.

Я умел с первого взгляда отличить Китай от Аризоны. Это очень полезно, если ночью собьёшься с пути.

واتصلت، في مجرى حياتي، بكثير من أهل الرزانة و الوقار، ولابست كبار الناس ملابسة حميمة، غير أن سوء رأيي فيهم لم يتبدل تبدلاً يذكر.

На своём веку я много встречал разных серьёзных людей. Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше.

كنت إذا لقيت أحدهم وبدا أنه على شيء من صفاء الذهن امتحنته بالرسم الأول الذي احتفظت به، لأرى مقدار ما عنده من الفطنة ،

Когда я встречал взрослого, который казался мне разумней и понятливей других, я показывал ему свой рисунок №1 — я его сохранил и всегда носил с собою. Я хотел знать, вправду ли этот человек что-то понимает.

والإدراك، فإذا قال : «هذي قبعة»

Но все они отвечали мне: «Это шляпа».

أضربت عن الكلام على الثعابين و الغابات العذراء و النجوم، وإنحططت إلى مستوى فهمه فحدثته عن «البردج» وعن «الغولف» وعن ربطة العنق وفي السياسة، فيس ر سروراً كثيراً لتع رفه إلى رجل على هذا الجانب من التعقل.

И я уже не говорил с ними ни об удавах, ни о джунглях, ни о звёздах. Я применялся к их понятиям. Я говорил с ними об игре в бридж и гольф, о политике и о галстуках. И взрослые были очень довольны, что познакомились с таким здравомыслящим человеком.

2

ГЛАВА II

و ظللت هكذا وحيداً لا أجد من أتحدث إليه حديثاً صادقاً حتى اليوم الذي تعطلت فيه طائرتي في الصحراء و قد م ر على هذا الحادث ست سنوات.

Так я жил в одиночестве, и не с кем было мне поговорить по душам. И вот шесть лет тому назад пришлось мне сделать вынужденную посадку в Сахаре.

وكان العطل في المحرك و لم يكن في الطائرة ميكانيكي و لا ركاب، فتأهبت لإصلاح العطل بنفسي على ما في إصلاحه من الصعوبة،

Что-то сломалось в моторе моего самолёта. Со мной не было ни механика, ни пассажиров, и я решил, что попробую сам всё починить, хоть это и очень трудно.

على أن في إخفاقي أو نجاحي موتي أو حياتي. ولم يكن لد ي من الماء إلا ما يكفيني مدة ثمانية أيام.

Я должен был исправить мотор или погибнуть. Воды у меня едва хватило бы на неделю.

نمت في الليلة الأولى على الرمل و بيني و بين أقرب بلد آهل ألف ميل، فكنت في عزلتي أشد انفراداً من غريق على طوف في عرض المحيط.

Итак, в первый вечер я уснул на песке в пустыне, где на тысячи миль вокруг не было никакого жилья. Человек, потерпевший кораблекрушение и затерянный на плоту посреди океана, — и тот был бы не так одинок.

و ش د ما كانت دهشتي عندما استيقظت في الصباح على صوت نحيل غريب يقول:

Вообразите же моё удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то тоненький голосок. Он сказал:

ارسم لي إذا شئت، خروفاً.

— Пожалуйста… нарисуй мне барашка!

قلت: ماذا؟

— А?..

قال: صور لي خروفاً.

— Нарисуй мне барашка…

فاستويت على قدمي مذعوراً ك من أنق ضت عليه الصاعقة، وأخذت أفرك عين ي. ثم نظرت فإذا ولد صغير غريب الهيئة يحدق إل ي بإنعام ورصانة.

Я вскочил, точно надо мною грянул гром. Протёр глаза. Стал осматриваться. И увидел забавного маленького человечка, который серьёзно меня разглядывал.

وقد صورته فيما بعد صوراً عديدة غير أن الصورة التي ترى هي أفضلها.

Вот самый лучший его портрет, какой мне после удалось нарисовать.

لكنها هيهات أن تدانيه فتوناً و جمالاً. وما يرجع إل ي الذنب في تقصيري فإن الكبار قد ثبطوا عزيمتي عن مسلك التصوير يوم كنتُ في السادسة من عمري، وما كنت تعلمت من هذا الفن سوى رسم الثعابين من ظاهرها و باطنها.

Но на моём рисунке он, конечно, далеко не так хорош, как был на самом деле. Это не моя вина. Когда мне было шесть лет, взрослые убедили меня, что художник из меня не выйдет, и я ничего не научился рисовать, кроме удавов — снаружи и изнутри.

نظرت إلى هذه ال«رؤيا» بعينين ملؤهما الدهشة والحيرة. ولا غرابة فأنا على بعد ألف ميل عن كلّ ناحية معمورة وما من شيء يدل على أ ن هذا الولد ضلّ طريقه أو أنه يهلك جوعاً أو عطشاً أو أنه يموت عياء أو خوفاً،

Итак, я во все глаза смотрел на это необычайное явление. Не забудьте, я находился за тысячи миль от человеческого жилья. А между тем ничуть не похоже было, чтобы этот малыш заблудился, или до смерти устал и напуган, или умирает от голода и жажды.

و ما من شيء ينبئ أنه ضائع في قلب هذه الصحراء على بعد ألف ميل عن كلّ بلد آهل.

По его виду никак нельзя было сказать, что это ребёнок, потерявшийся в необитаемой пустыне, вдалеке от всякого жилья. Наконец ко мне вернулся дар речи, и я спросил:

ولما عاد إل ي روعي واستطعت الكلام قلت: وأنت… ماذا تصنع هنا؟

— Но… что ты здесь делаешь?

فلم يجب على سؤالي بل ك رر عل ي طلبه الأول وكأّنه يعّلق عليه أهمية كبيرة.

И он опять попросил тихо и очень серьёзно:

قال: أرسم لي، إذا شئت، خروفاً.

— Пожалуйста… нарисуй барашка…

فحيال هذا الس ر الغامض الذي أّثر في نفسي تأثيراً بليغاً ما جرؤت على عصيان أمره بل تأ هبت لتلبيته على ما فيه من الغرابة في مكان يبعد ألف ميل عن كلّ بلدِ معمور وعلى ما يحيق بي من خطر الموت.

Всё это было так таинственно и непостижимо, что я не посмел отказаться. Как ни нелепо это было здесь, в пустыне, на волосок от смерти, я всё-таки достал из кармана лист бумаги и вечное перо.

فأخرجت من جيبي ورقة و قلم الحبر ثم ذكرت أّني درست على الأخص الجغرافية و التاريخ و الحساب و قواعد اللغة. فقلت للولد الصغير بنبرة فيها شيء من الامتعاض: إّني لا أحسن الرسم.

Но тут же вспомнил, что учился-то я больше географии, истории, арифметике и правописанию, и сказал малышу (немножко даже сердито сказал), что не умею рисовать. Он ответил:

فقال: لا بأس في ذلك. ارسم لي خروفاً.

— Всё равно. Нарисуй барашка.

و لم أكن رسمت من قبل خروفاً فرسمت له أحد الرسمين اللذين في متناول قلمي. وهو رسم الثعبان في هيئته الخارجية. وما أشد ما كانت دهشتي عندما سمعت الولد يقول:

Так как я никогда в жизни не рисовал баранов, я повторил для него одну из двух старых картинок, которые я только и умею рисовать — удава снаружи. И очень изумился, когда малыш воскликнул:

لا، لا. أنا ما أردت فيلاً في ثعبان. فالثعبان شديد الخطر، أما الفيل فيضيق به موطني. إن موطني صغير، صغير جداً. أنا بحاجة إلى خروف، فأرسم لي خروفاً.

— Нет, нет! Мне не надо слона в удаве! Удав слишком опасен, а слон слишком большой. У меня дома всё очень маленькое. Мне нужен барашек. Нарисуй барашка.

فرسمت له خروفاً.

И я нарисовал.

فأنعم النظر فيه ثم قال:

Он внимательно посмотрел на мой рисунок и сказал:

لا، لا. هذا خروف مريض. وقد تفاقم مرضه فأرسم لي غيره.

— Нет, этот барашек уже совсем хилый. Нарисуй другого.

فرسمت له غيره.

Я нарисовал.

فابتسم ابتسامة حلوة وقال مترّفقاً بجهلي:

Мой новый друг мягко, снисходительно улыбнулся.

ألا ترى … ليس هذا خروفاً. هذا كبش ذو قرنين.

— Ты же сам видишь, — сказал он, — это не барашек. Это большой баран. У него рога…

فرسمت له خروفاً آخر.

Я опять нарисовал по-другому.

فلم يرض عنه بل رفضه كما رفض الخروفين السابقين وقال:

Но он и от этого рисунка отказался:

هذا خروف قد شاخ وأنا أريد خروفاً فتياً يع مر طويلاً.

— Этот слишком старый. Мне нужен такой барашек, чтобы жил долго.

ففرغ عندئذٍ صبري وكنت أنوي الإسراع في تفكيك المح رك فخربشت له الصورة التي ترى

Тут я потерял терпение — ведь мне надо было поскорей разобрать мотор — и нацарапал ящик.

وقلت:

И сказал малышу:

هذا هو الصندوق. أ ما الخروف ففي داخله.

— Вот тебе ящик. А в нём сидит такой барашек, какого тебе хочется.

ونظرت إليه فإذا وجهه يتهّلل حبوراً، فعجبت لأطوار هذا الولد الذي جعل نفسه حكماً في تصويري. ثم قال:

Но как же я удивился, когда мой строгий судья вдруг просиял:

هذا ما كنت أبتغي. ولكن أتراه يحتاج إلى كثير من العشب؟

— Вот это хорошо! Как ты думаешь, много этому барашку надо травы?

قلت: ولماذا؟

— А что?

قال: لأن موطني صغير جداً.

— Ведь у меня дома всего очень мало…

قلت: مهما كان صغيراً فكن على يقين من أ ن عشبه يكفيه فإني أعطيتك خروفاً على غاية من الصغر.

— Ему хватит. Я тебе даю совсем маленького барашка.

فحنا رأسه على الرسم وقال: لا أراه صغيراً بقدر ما تتو هم … أنظر فإنه قد نام.

— Не такой уж он маленький… — сказал он, наклонив голову и разглядывая рисунок. — Смотри-ка! Он уснул…

هكذا عرفت الأمير الصغير.

Так я познакомился с Маленьким принцем.

3

ГЛАВА III

قضيت مدة طويلة قبل أن أعرف من أين كان مجيئه. فإ ن هذا الأمير الصغير كان يلقي عل ي الكثير من الأسئلة ولا يصغي إلى ما أطرح عليه منها

Не скоро я понял, откуда он явился. Маленький принц засыпал меня вопросами, но когда я спрашивал о чём-нибудь, он словно и не слышал.

وما عرفت عنه ما عرفت إ ّ لا من خلال ألفاظ كان ينطق بها مصادفة. ومن ذلك أّنه عندما رأى طائرتي لأول م رة (لا أرسم الطائرة فرسمها معقد يعجز عنه قلمي) سألني قائلاً:

Лишь понемногу, из случайных, мимоходом оброненных слов мне всё открылось. Так, когда он впервые увидел мой самолёт (самолёт я рисовать не стану, мне всё равно не справиться), он спросил:

ما هذا الشيء الذي أرى؟

— Что это за штука?


— Это не штука. Это самолёт. Мой самолёт. Он летает.

وكنت فخوراً عندما أنبأته بأني أطير.

И я с гордостью объяснил ему, что умею летать. Тогда он воскликнул:

فصاح عندئذٍ: ماذا! أتكون هبطت من السماء؟

— Как! Ты упал с неба?

قلت متواضعاً: نعم.

— Да, — скромно ответил я.

قال: زه. زه. هذا أمر غريب.

— Вот забавно!..

ثم ضحك الأمير الصغير ضحكة صافية امتعضت منها امتعاضاً كثيراً فأنا أكره الاستخفاف بما ينزل بي من المصائب. ثم أردف قائلاً:

И Маленький принц звонко засмеялся, так что меня взяла досада: я люблю, чтобы к моим злоключениям относились серьёзно. Потом он прибавил:

وأنت أيضاً أتيت من السماء! فمن أ ي الكواكب أنت؟

— Значит, ты тоже явился с неба. А с какой планеты?

فعلى ضوء كلامه هذا انكشف لي شيء من س ر وجوده في تلك الصحراء فبادرته قائلاً:

«Так вот разгадка его таинственного появления здесь, в пустыне!» — подумал я и спросил напрямик:

أتكون هبطت من أحد الكواكب؟

— Стало быть, ты попал сюда с другой планеты?

فلم يجب و أخذ يهز رأسه ه زاً وئيداً وينظر إلى طائرتي ثم قال:

Но он не ответил. Он тихо покачал головой, разглядывая мой самолёт:

ما أراك تستطيع المجيء من بلد قصي على مثل هذه الطائرة…

— Ну, на этом ты не мог прилететь издалека…

ثم استسلم لبحران متماد. ول ما آب من بحرانه أخرج الخروف من جيبه وجعل ينظر إلى «كنزه» ويتأ مله تأملاً عميقاً.

И надолго задумался о чём-то. Потом вынул из кармана моего барашка и погрузился в созерцание этого сокровища.

إن ما فاه به الأمير الصغير عن «الكواكب الأخرى» أثار فضولي وزاد في حيرتي فحاولت أن أعرف عنه فوق ما عرفت فقلت:

Можете себе представить, как разгорелось моё любопытство от этого полупризнания о «других планетах». И я попытался разузнать побольше:

من أين جئت يا عزيزي الصغير؟ وأين موطنك؟ وإلى أين تذهب بالخروف؟

— Откуда же ты прилетел, малыш? Где твой дом? Куда ты хочешь унести моего барашка?

ففكر قليلاً ثم قال:

Он помолчал в раздумье, потом сказал:

من حسنات هذا الصندوق الذي أعطيتني إياه إنه يصلح أن يكون له مأوى في الليل.

— Очень хорошо, что ты дал мне ящик: барашек будет там спать по ночам.

قلت: هذا مما لا ريب فيه. وإّني لأعطيك إن كنت لطيفاً، حبلاً لتربطه في النهار ثم وتداً.

— Ну конечно. И если ты будешь умницей, я дам тебе верёвку, чтобы днём его привязывать. И колышек.

وكأنّه اغتاظ مما عرضت عليه فقال:

Маленький принц нахмурился:

أيربط الخروف ؟ إّنها لفكرة غريبة!…

— Привязывать? Для чего это?

قلت: إن لم تربطه ذهب في كلّ مذهب وضاع.

— Но ведь если ты его не привяжешь, он забредёт неведомо куда и потеряется.

فأغرب صديقي الصغير ضحكاً ثم قال:

Тут мой друг опять весело рассмеялся:

وأين تراه يذهب؟

— Да куда же он пойдёт?

قلت: يذهب في كلّ مذهب، يذهب تواً في اتجاه وجهه.

— Мало ли куда? Всё прямо, прямо, куда глаза глядят.

فترضن الأمير الصغير وقال:

Тогда Маленький принц сказал серьёзно:

لا بأس في ذلك فإ ن موطني على غاية من الصغر.

— Это не страшно, ведь у меня там очень мало места.

ثم أردف بصوت فيه بعض الكآبة:

И прибавил не без грусти:

Рэклама